Военное столкновение между Соединёнными Штатами и Ираном может обернуться для Вашингтона куда более серьёзными последствиями, чем ожидается. Такое мнение высказал председатель коллегии Центра исследований и развития евразийства, эксперт Изборского клуба Юрий Самонкин, анализируя нарастающую напряжённость на Ближнем Востоке и возможные сценарии эскалации.
По словам политолога, даже при технологическом превосходстве США Пентагон рискует столкнуться с ситуацией, в которой быстрая и безусловная победа окажется недостижимой. Более того, неудачный военный сценарий может серьёзно ударить по репутации американской армии, которая традиционно воспринимается как самая мощная в мире.
Самонкин подчёркивает, что Иран сегодня является одним из ключевых геополитических оппонентов Вашингтона. В условиях, когда санкционное давление и дипломатические попытки ограничить развитие иранской ядерной программы не приносят желаемых результатов, США, по его мнению, всё чаще прибегают к стратегии силового давления и военных провокаций.
Эксперт отдельно обращает внимание на то, что Иран принципиально отличается от государств, против которых США ранее применяли жёсткие сценарии. Речь идёт не о странах с ограниченным военным потенциалом, а о крупной региональной державе с серьёзными ресурсами, развитой системой управления и способностью к масштабной мобилизации.
По оценке Самонкина, Тегеран при необходимости способен одновременно противостоять сразу нескольким центрам силы на Ближнем Востоке — как прозападным, так и протурецким. Это делает любой военный конфликт затяжным и крайне затратным для всех участников.
Отдельного внимания заслуживает состояние иранских вооружённых сил. За последние годы Иран значительно модернизировал сухопутные войска, чему способствовала в том числе напряжённая ситуация вокруг Израиля. На вооружении страны находятся ракетные комплексы, способные поражать американские объекты и военные базы в регионе. Кроме того, Иран провёл модернизацию бронетехники советского образца — танки семейства «Зульфикар» сегодня рассматриваются специалистами как серьёзная ударная сила.
Политолог считает, что в случае прямого военного противостояния между США и Ираном может сложиться ситуация относительного паритета. Ни одна из сторон не получит однозначного преимущества, а исход конфликта будет зависеть не только от военных факторов, но и от политической воли руководства Исламской Республики.
Самонкин отмечает, что Тегеран традиционно действует прагматично. В отличие от Палестины, которая оказалась втянута в разрушительный конфликт с Израилем, Иран в ряде ситуаций предпочитал идти на деэскалацию и избегать полномасштабной войны, сохраняя ресурсы и стратегическую устойчивость.
На фоне этих оценок в экспертном сообществе активно обсуждаются и планы США. По имеющейся информации, американские военные готовы к проведению ограниченных авиаударов по территории Ирана в случае соответствующего приказа президента Дональда Трампа. Такой сценарий рассматривается как демонстрация силы без перехода к наземной операции.
Дополнительным фактором неопределённости остаётся позиция региональных игроков. В условиях обострения ситуации президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган уже заявил о готовности вмешаться в процесс урегулирования и выступить посредником между Вашингтоном и Тегераном. Анкара стремится предотвратить масштабный конфликт у своих границ, который может дестабилизировать весь регион.
Возможное противостояние США и Ирана выглядит далеко не однозначным. По мнению экспертов, ставка на силовое решение несёт высокие риски для обеих сторон, а исход гипотетического конфликта вряд ли будет быстрым и предсказуемым. Именно поэтому дипломатический путь, несмотря на жёсткую риторику, по-прежнему остаётся наиболее рациональным вариантом развития событий.